117 стрелковая дивизия

                           1-го формирования (Куйбышевская)
                                                   
                                                 
         

      Группа под командованием капитана Обушенко ночью 22 сентября в районе населенного пункта Липовая Долина вышла к линии фронта.

     В эту ночь под залпы "Катюш" 1-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора Руссиянова И.Н.  контратаковала немецкие позиции на широком участке фронта. Немцы вынуждены были бросить в оборону на участок контратаки свои войска с соседних участков. Это позволило группе Обушенко без потерь преодолеть линию фронта.

 

Вспоминает бывший начальник штаба 117 сд капитан Обушенко Иван Федотович:

…Я вышел из окружения, даже принес с собор дивизионную печать 117 сд. Эта печать очень и очень понадобилась. Во-первых, многим товарищам, которых я знал, особенно политработников, выдал временные удостоверения.

   Когда я вышел, конечно, не один, со мной были офицеры, то нас поодиночке пропускала комиссия, в составе комиссии, по-моему, был Серов. Я показал и положил  на стол им печать, а они сказали, взять с собой, она Вам еще пригодится. Так оно и было….

   …У меня даже была карта топографическая и дивизионная гербовая печать 117 сд. Я понимаю, что товарищу бригадному  комиссару Архангельскому, Данилову и другим товарищам было нелегко, а вообще всем, всем было тяжело….

 

     22 сентября сражение в Оржице достигло кульминационной точки. Наши войска предпринимали отчаянные усилия по прорыву кольца окружения. Боеприпасы были на исходе. Несмотря на громадные потери, атаки следовали одна за другой.  Делались все новые и новые попытки овладеть разрушенной дамбой, и навести мост через реку Оржица. Временами удавалось отбросить немцев от реки, но разорвать кольцо не хватало сил.

 

 Вспоминает бывший военфельдшер эвакуационно-транспортного взвода 173 мсб ст.военфельдшер Волкова Александра Егоровна:

…Когда строили переправу, немец не давал строить. Какой-то капитан организовал 240 полк и 156 железнодорожный батальон, пошли освобождать село, откуда немец не давал строить переправу. С 240 полком нас с Наталией отправили.

   240 полк и этот 156 освободили село, немец отступил, мы заняли кукурузу от села недалеко. Село заняла какая-то часть и давай по нас бить, а с другой стороны немец….

 

Вспоминает бывший военфельдшер 3 дивизиона 707 гап Самохвалов Василий Григорьевич:

…В районе с.Оржица припоминаю непроходимое болото и разрушенную дамбу. Именно дамба была пристреляна немцами с ближних высот, и это не давало нам возможности навести мост. Эту дамбу или мостик наши части наводили, вернее, делали попытку навести в течение недели, но все безрезультатно. …

 

 Вспоминает бывший военфельдшер звакуационно-транспортного взвода 173 мсб ст.военфельдшер Волкова (Кузьмина)Александра Егоровна:

…Связи не было, и больше защищаться нечем было, и переправились вплавь через эту Оржицу. Помню, вроде цепь натянули через реку. Я начну тонуть, уже пузыри над головой, кто-нибудь схватит за гимнастерку и поднимет, как на цепь. 

     Мы с Наташей мокрые, нашли свою душевую машину, залезли переодеться, там сидит врач Свиридов, он тоже из МСБ и из Куйбышева. Мы с Наташей переоделись, вышли из машины. Еще Свиридов нас не пускал, сидите, говорит, мне цыганка, говорит, нагадала, что я должен жить 75 лет, так что сидите около меня, останетесь живы….

 

По данным сайта ОБД: военврач 2 ранга Свиридов Андриан Степанович, 1989г,Куйбышевская обл.с.Кошки, зав.лабораторией 173 мсб 117 сд. 18.09.41 в составе батальона в районе Оржицы попал в окружение. Того же дня батальон бросил и ушёл в г.Миргород, откуда был назначен в Дубровскую амбулаторию врачом с.Дубровка Полтавской обл. Работал там до занятия села Красной Армией. В дальнейшем направлен для проверки в лагеря НКВД.

 

     …Но нам не сидится. Вышли и нас забрали. Наташу направили на переправу, а меня, на горе сарай плетенный большой, там раненые, и меня направили в сарай. В сарае было много раненых на носилках и ходячих, и медработники были, только незнакомые, не из нашего МСБ, все евреи были. Угол сарая был занят материалом и бинтами. Они прятались за угол от пуль. Раненные ругались, просили помочь. Я тоже сказала им: "Что Вы как сумасшедшие бегаете, нужно оказывать помощь."

     Лежа оказывали помощь, потому что свистели пули. Заходит какой-то в кожаном пальто, и евреи все кинулись, ему по своему стали говорить. Он выслушал их и после сказал по-русски. Все идите в городскую поликлинику, там принимают и будут возить раненых туда, а вы, на меня сказал, останетесь здесь, отправите всех раненых и материалы и последней машиной приедете сами туда. Я всех раненых отправила, остались материалы, и никто не идет за материалом.

     Я одна очень боялась находиться. Я села за столб, который стоял посреди сарая и сижу, лежу от пуль. Заходит ст. л-т, отрекомендовал себя, он тоже не из МСБ, он кадровый ст.в/фельдшер из Куйбышева, и он мне сказал, вот машина с ранеными, иди, поезжай до поликлиники.

     Я села в кабину, немного отъехала, попросила, чтобы остановил машину, и я слезла и пошла искать своих. Я уже не нашла Наташу и никого из своего взвода. Нашла врача, или фамилия Семенов, или имя Семен. Он говорит, что нужно идти, а мы сами сидели где-то на горе, недалеко от нас взорвали машину бензина и сожгли бумаги из штабной машины. Пепел бумажный летел на нас. Мы к вечеру пошли к переправе, перешли и шли до темна….

 

По данным сайта ОБД: Семенов Петр Семенович, военврач 3 ранга, 1912 г, г.Куйбышев, ординатор 173 мсб 117 сд. По данным сайта ОБД пропал без вести в 1941 году…

Жена – Семенова Н.И., г.Куйбышев, ул.Ворошиловская 240, кв.4. 

Попал в плен. Освобожден.

 

     Многие военнослужащие медсанбата, врачи и медсестры, попали в плен. Это и зав/лабораторией 173 мсб Свиридов А.С., и командир медроты военврач 3 ранга Масленников Борис Михайлович.  Последний находился в плену по 14 января 1942 г, пока не был освобождён нашими войсками. Впоследствии воевал в составе ЭГ 1072 (ординатор, 7.05.42г), 494 мсб 113 сд ( командир операционно-перевязочного взвода), ППГ 5255 (начальник госпиталя). Уволен в запас в 1948г и взят на учёт Камышловским РВК Свердловской обл. Жена – Захарова Галина Мироновна, г.Камышлов, ул.Кирова, д.12.

 

Из книги И.Х.Баграмяна "Так начиналась война" стр.347-348:

…22 сентября в 9 часов вечера Костенко решил еще раз попытаться форсировать реку. Но не успел. Немцы ворвались на восточную окраину Оржицы и подожгли её. Дальнейшее выжидание было смерти подобно... Комбриг Борисов получил приказ ударить по прорвавшемуся противнику. Бой уже приближался к штабу армии, когда конники Борисова атаковали фашистов. Вслед за конниками (офицеры штаба во главе с Костенко) пробились к дамбе, по которой перешли на противоположный берег. Вместе с конниками Борисова и другими частями штаб армии с непрерывными боями пробивался вперед….

Вспоминает бывший начальник штаба 321 озад лейтенант Рохманюк Михаил Дмитриевич:

…22 сентября был последний день нашего пребывания в Оржице, последний день, когда наш 321 озад был еще войсковой частью.

 …Вот тогда я и отобрал ряд документов: список л/с, журнал боевых потерь, журнал боевых действий. Завернул все это в противоипритную накидку, затем в кирзовую командирскую сумку, еще раз в накидку и в окопе на обрыве Оржицких болот, выкопали яму, куда и положили документы… Там были учтены потери уже в окружении, о которых мы не могли известить родных и их считают пропавшими без вести, а в журнале были пометки, где они похоронены….

…Когда мы с Дземешкевичем закопали бумаги, мы сориентировались так: если визировать с церкви на островок, поросший большими деревьями, посредине болото, то на выступе будет наш окоп. Вблизи других выступов на обрыве мы не видели….

 …В Оржице не сохранилось даже следов церкви, хотя это было массивное каменное здание, а метры определять тогда было недосуг, да еще под огнем немцев со всех сторон. Но когда закапывали, то с майором Дземешкевичем, чтобы запомнить, провизировали положение окопа: церковь-окоп-роща, посредине болото. Окоп копали мы легко, но заложение было небольшим, а, следовательно, был не песок, а мягкая глина. Копали одной малой саперной лопатой и касками. Река от берега там очень далеко, было обширное непроходимое болото. Берега были голые. Документы были зарыты на выступе обрыва. Из окопа видна была только роща. Церковь и тогда не имела креста. Грунт при рытье окопа был мягкий, податливый, какой-то полупесчаный….

     Если не церковь, то её следы сохранились, а вот лесной остров на болоте за 40 лет мог и исчезнуть, но выступ на высоком крутом берегу я уверен, жив и здоров. Уверен, что в Оржице мало что добавилось к той длинной улице, из которой она состояла в 1941году и хоть остатки церкви, да уцелели, а место то я до смерти не забуду….

…В ночь на 23 сентября, кто пожелал, пошли на прорыв. Я собрал командиров батарей, чтобы обсудить это. Командир и комиссар отказались дать указание выходить мелкими группами, а поручили это мне. Я по молодости и неопытности добросовестно это сделал…

…В 1941г. был приказ Сталина, запрещавший выход из окружения мелкими группами. Предписывалось драться до конца и организованно с боем выходить, не рассеиваясь на мелкие группы….

…Наметили маршруты, место встречи за линией фронта. В ночь на 23 сентября мы вырвались из Оржицы, бросив там всю технику и транспорт, и разрозненными группами начали просачиваться на восток к линии фронта….

… Болото тогда было сплошным до островка, но когда мы увидели, что моряки Днепровской флотилии его прошли, пошли и мы. Чистой воды нигде не было, все болото заросшее, с толстым слоем корневой системы, когда на неё становился, то она тонула, и ты оказывался по пояс или по плечи в воде. Под кем этот слой прорывался, тот тонул….

…идти было тяжело в форме и с оружием, только ночами, а днем отсиживались в лесах, оврагах и т.д….  

 

Из дневника Михина Василия Степановича - в годы войны старший инженер, инженер-майор батальона аэродромного обслуживания при 649-й подвижной авиаремонтной базе:

22.9.41.
Целый день шёл ужасный бой, мы отступили. Немец опять загнал нас в село Оржица. Перешёл в контратаку. Зашёл к нам в тыл, кругом рвутся снаряды. Горят автомашины. Много убитых и раненых. К 18:00 немец так сжал в кольцо, что нам деваться было некуда. Генерал-майор был тяжело ранен. Произошла паника, большинство бросились спасать каждый сам себя. Все бросились к реке Оржица. Видя такое безнадёжное положение, я забрал своих всех людей и пошёл вброд через реку Оржица на остров, где надеялся укрыться. По нам велся ураганный сплошной шквал огня с земли и воздуха. Много убитых и раненых. Около двух автомашин с ранеными попали в плен к немцу, а также многие сдались. 
     На этот остров выходили не одни мы, а многие другие, которые хотели спасти свою жизнь и перейти к своим. Нам обещали дать подкрепление и выручить из гибельного положения. 

*

     На острове мы просидели двое суток. Никакого подкрепления мы не дождались. Пришлось принимать решение самим.
    Всего нас было 116 человек. Из них двенадцать человек были с винтовками, двое с автоматами. Некоторые в одном белье и даже были совсем голые. Это ужасная картина. Я сделал собрание. Назначил замполита, начальника особого отдела, продовольствия и другие хозяйственные службы. Построил весь личный состав, разбил на две роты, а уже их на отделения. Назначил командиров рот и отделений. Объявил руководящий состав, мною назначенный. Приказал, кто будет отступать, буду расстреливать. Если есть трусы - выйти из строя! Таковых не оказалось. Назначил постоянную разведку. Командирам рот приказал переписать всех по фамилии. Сам взял разведку, пошёл с ними, чтобы выбрать место, где можно легче и быстро прорваться. Остров беспрерывно обстреливался. Немцы знали, что большая часть спасается на этом острове. Поэтому оставили часть своих войск для подавления остатков окружения наших войск. Основная часть немецких войск пошли по направлению города Ахтырка.
    Вернулся из разведки, построил весь личный состав и объявил о том, что мы окружены незначительной частью немецких войск, а по¬этому нам нужно немедленно прорвать это кольцо и уйти с этого острова, т.к. в дальнейшем нам грозит опасность. Во-первых, мы с голоду здесь умрем. Во-вторых, что нас всех могут перебить. Задача такова. Поскольку уже нет оружия, надо морально подействовать на немцев. Поэтому приказываю всему личному составу кричать, сколько есть сил: «Ура!» Я пойду вперёди, первая и вторая рота левым и правым флангом за мною. От меня не отрываться. Следить моё направление. Кто струсит, приказываю расстреливать.


Вспоминает бывший командир роты связи 34 сп 75 сд 66 ск ст.лейтенант Лисичкин Алексей Никонович:

…В конце сентября 1941г. начальник штаба 34-го сп Козьмин получил приказ группами выходить из окружения. Я вошел в группу батальонного комиссара Гребнева. В ночное время мы шли на восток….

 

     По дамбе форсировали р.Оржица отряд моряков и кавалерийские подразделения полковника Мальцева, которые почти все погибли.

 

…Из Оржицы ушли по группам через болота, форсировали р.Оржица вплавь, а реку Сула форсировали ночью при помощи сделанного плота вблизи села. В нашей группе было 16 человек, все были вооружены….

 

Вспоминает бывший наборщик типографии редакцию дивизионной газеты "Ворошиловский стрелок" красноармеец Трушин Георгий Павловича:

…мы услышали, что немец уже подходит к селу. Тут мы типографию сжигаем вместе с машинами. Федотов и Евсеев сказали нам, никуда не уходите, а сами они ушли в лес. Я и еще был наборщик Юлдашев Акрам, мы ждали более часа.

     Когда немец начал нас обстреливать, а Федотова и Евсеева не было. Они по сути дела нас покинули, а сами сбежали. Вот в это время я кинулся бежать в лес на восток, там уже стояли немцы, я в южную часть - оказалась такая же история, я тогда взял курс

на север, но даже не вышел из леса, как попал на засаду, и тут меня пленили.

    Недалеко был виден дом и туда меня и еще человек 20 привели, а там уже было очень много нашего брата, трудно было сосчитать….

 

Вспоминает бывший оперуполномоченный 707 гап лейтенант Андреев Александр Григорьевич:

…22 сентября 1941г. это был последний день. Немцы нас прижали к реке Суле. Переправа была в их руках. Нам, оставшимся, разбитым до основания, пришлось, кто как может перебираться к своим через линию фронта. Связь была нарушена, управления не было. В общем, попали в клещи. Это было недалеко от Оболони и Оржицы.

   Мы с Ольшанским Сашей в момент окружения забрались на подловку дома, и там была конопля. Мы спрятались в эти снопы и находились двое суток, а затем стали пробираться к линии фронта….

 

Вспоминает бывший военфельдшер 3 дивизиона 707 гап Самохвалов Василий Григорьевич:

…Оржицу захватили моточасти фашистов. 22 сентября я попал в плен….

 

     Семья перестала получать письма от Василия Степановича Спирина с сентября 1941г. «Пропал без вести» - таким было официальное сообщение о судьбе Спирина В.С.

 

По данным сайта ОБД: майор Спирин Василий Степанович, начштаба 707 гап, пропал без вести в сентябре 1941г. Жена – Спирина Надежда Яковлевна, г.Куйбышев, Линдов городок, корпус 16, кв.7.

 

     Семья получила ещё одну весть о майоре Спирине – через два с лишним года после того, как он стал числиться пропавшим без вести. Надежда Яковлевна работала на эвакуированном из Москвы заводе, там же стал фрезеровщиком 15-летний сын майора Спирина Юрий. Мальчишка рвался на войну и, в конце-концов, попал на фронт. Майор гараган, у которого майор Спирин был заместителем в 707 гап, определил Юрия телефонистом на батарею. И вот в это время из далекого украинского городка Хорола Надежда Яковлевна Спирина получила письмо, написанное незнакомым почерком:

 

     Уважаемая товарищ Спирина! Только теперь, после освобождения города доблестными воинами Красной Армии, я могу связаться с вами. Как только получу от вас ответ, подробно сообщу о вашем муже майоре Спирине В.С. и перешлю его письмо, адресованное вам. Если знаете, где находится тов.Брега, пожалуйста, сообщите её адрес. С комсомольским приветом, Екатерина Бибик.

 

   Это письмо Надежда Яковлевна тут же переслала сыну на фронт и сама написала в Хорол. Вскоре пришёл ответ:

     Пишет вам родная сестра Екатерины Бибик. Екатерина уехала в Донбасс восстанавливать разрушенную фашистами нашу всесоюзную кочегарку. Кратко опишу всё, что знаю о вашем муже.

     В Хороле был лагерь и пять лазаретов для военнопленных. В одном из них находился ваш муж. Попал он в плен раненый, без чувств. У него было шесть ранений. Большинство жителей Хорола всеми силами старались помочь нашим пленным бойцам. Стирали им белье, помогали продуктами, переодевали в гражданскую одежду и таким образом выручали из плена.

     Наша семья взяла вашегомужа из плена, как рядового красноармейца. Мы приложили все усилия, чтобы восстановить его здоровье. Он очень беспокоился о своих детях, сыне Юрии и дочери Элле, а также о вас.

     Выздоровев, он решил пробираться к своим, организовав из пленных бойцов подпрольную группу. Но в ней оказался предатель. Ваш муж погиб 12 мая 1942 года. Он умер, как настоящий патриот нашей Родины. Вместе с ним погиб и Брега Иосиф Яковлевич. Тяжело писать эти строки. Я уверена, что Юрий отомстит за смерть отца. Очень прошу вас, не отчаивайтесь. Я хотела бы и в дальнейшем поддерживать с вами связь. Привет от меня и мамы Юрию. Ольга Бибик….

 

     Из письма на фронт Юрию Спирину от Екатерины Бибик:

    Донбасс, 10.3.1944 г. С твоим отцом, майором Спириным Василием Степановичем, я познакомилась, когда он был за колючей проволокой. Живя у нас, он немного наладил своё здоровье и сразу же начал готовить побег. Нашлись друзья, готовые идти на смерть. С ним был майор Корнин, тов.Брега и другие товарищи. Я также была их другом, товарищем, нас сближала любовь к Родине и ненависть к проклятому врагу. Слушали сводки Информбюро, читали листовки, готовили побег, достали оружие.

     Как часто нежно, с великой отцовской любовью, вспоминал он о тебе, о всей семье. Он был так уверен, что ещё увидит тебя, мечтал вместе с тобой бороться против ненавистного врага.

     В ночь на 30 апреля 1942 года Василий Степанович был арестован. Я сама видела, как его и других товарищей вели со связанными руками на допрос и мучения. Но они держались стойко. Твой отец погиб честно, гордо, как подобает советскому человекау, командиру нашей непобедимой Красной Армии! Юрий! Будем друзьями, как мы были с твоим отцом. Пиши мне. С искренним товарищеским приветом, Екатерина Бибик.

 

     И следующее письмо:

     Здравствуйте, дорогая Надежда Яковлевна! Я понимаю, насколько велико ваше горе. Постараюсь, сколько это возможно в письме, описать последние дни его перед расстрелом.

     Василий Степанович, Володя и ещё несколько человек сидели в одной камере. Брега жебыло узнавать. На третий день я увидела, как их вели в жандармерию: руки им связали, пятерых человек вели пять человек охраны. Какой одинокой я себя чуствовала, но в их лицах, которые я знала так хорошо, я будто читала: «Это не конец – возмездие ещё придёт!»

     По этому делу было аремтовано 17 человек. Всех их расстреляли рано на рассвете – или во дворе техникума за высоким забором, или в небольшом лесу за городом. Лес этот называется «Стежки». Там погибли и десятки других советских людей. Мне долго не верилось, что уже нет в живых того, кого я считала своим старшим другом, ведь у нас с Василием Степановичем была настоящая крепкая дружба. Как часто мы вместе надеялись на то, что доживем до лучших дней. Мы говорили не только о войне, но и о многих других жизненных вопросах, и это было так хорошо: в тылу врага двое людей совершенно разных возрастов и характеров смогли найти общий язык. Привет Юрию и Эле. С искренним приветом, Екатерина Бибик.

 

     Сын майора Спирина Юрий в 1943 году участвовал в форсировании Днепра, под огнём противника находил связь вплавь в ледяной воде. В апреле 1944 года его направили на учёбу в военное училище. Закончив его, уже после войны, он получил назначение в комендатуру немецкого города Виттенберга. Там во время облавы в него в упор выстрелил скрывавшийся власовец, которого тут же застрелил немецкий полицейский. Вот так все перемешала жизнь: немец защищал русского, в которого стрелял другой русский… Юрий был тяжело ранен, пуля задела позвоночник. Годы прошли в госпиталях о санаториях. И всё же он встал на ноги. Окончил Куйбышевский педагогический институт, работал в этом институте. У него появились сын и дочь, внуки героически погибшего майора Спирина. 

 

     Вспоминает бывший командир саперной роты 240 сп мл.политрук Наумов Степан Кузьмич:

…Днем 22 сентября бои в районе окружения прекратились. Наш 240 стрелковый полк с этого дня перестал существовать….

 

Вспоминает бывший красноармеец штаба 240 обс Першин Василий Фомич:

…Других командиров-офицеров перед концом окружения в Оржице больше не было видно, только был Костромицин, он хромал на ногу и плохо двигался….

... Мы пытались выйти из окружения этими бесконечными приднепровскими болотами….

 

Вспоминает бывший шофер штаба 117 сд красноармеец  Давыдов Георгий Васильевич:

…Из окружения, последнее 22 сентября в селе Оржица, я убег, и всего я сделал 4 побега и все же убег….

 

Вспоминает бывший начальник штаба 173 мсб ст.лейтенант Юртаев Даниил Васильевич:

…При прочесывании местности немцы обнаружили меня и забрали в плен….

 

Вспоминает бывший командир 9 роты 275 сп мл.лейтенант Леженин Федор Иванович:

…22 сентября на стыках рек Сула и Удай в районе Лубны было крупное сражение. Все старались выйти из окружения. Утром рано немцы нас окружили и взяли в плен. Через реку Сула нас, пленных, перевезли на лодках немцы….

 

     В конце сентября 1941 года в районе Ямполя на Сумщине немцы отрезали 275-й полк от соседних частей дивизии и начали изматывать его непрерывными атаками с воздуха и земли. Кольцо окружения становилось все плотней. Командир полка (Ляпин М.И.) принял решение прорываться к своим разрозненными группами одновременно в разных направлениях. Легкораненых можно взять с собой. Но как быть с тридцатью ранеными, которые не могут двигаться!

 

Вспоминает бывший командир 9 роты 275 сп мл.лейтенант Леженин Федор Иванович:

…Не помню деревню, мы оставили, зашли в лес, затем стали на неё наступать. Как потом через много лет узнал, что в этой деревне было оставлено 30 человек раненых и медсестра Н.Ляпина.

   А было так. Зашли в лес, заняли оборону и ночью стали наступать, по-видимому, командир полка хотел увести раненых. Нам об этом не было известно. Мы наступали днем и ночью, но безуспешно. Как потом узнали, полк был окружен….

 

Военфельдшер 275-го стрелкового полка Ляпина Нина Дмитриевна.

 

     Вечером, за несколько часов до сигнала на прорыв, командиры собрались на совещание. На него пригласили военфельдшера Нину Ляпину, бывшего агронома колхоза имени Ленина Никиту Ивановича Дарико. Больной туберкулезом, он не мог уйти из Гремячки. Дарико сам предложил командованию план размещения раненых по окрестным селам и хуторам.

     Особых подозрений у немцев Дарико вызвать не мог, так как в последние годы из-за тяжелой болезни отошел от активной работы. Нина Ляпина была оставлена с ним для лечения раненых.

    Тут же на совещании разработали легенду. Нина Ляпина стала Ниной Савченко — племянницей Дарико из разбомбленного немцами Бахмача.

     В ночь перед прорывом Дарико привел на свой двор саперов. Несколько часов работы — и две ямы, вырытые для укрытия от бомбежек, превратились в удобные, отлично замаскированные, с входом из хаты, вместительные землянки. Сюда поместили тех, кого нельзя было перевозить.

     Несколько дней и ночей не смыкала Нина глаз. Медикаментов мало. Бинтов не хватало. Из имущества полевой медсанчасти тогда ничего не удалось спасти. Вместо йода раны приходилось заливать соком, выжатым из стеблей чистотела. На бинты шли прокипяченные старые женские юбки.

    Только двух раненых не удалось спасти. Умерли от гангрены. Остальных Нина выходила, поставила на ноги. Не одна, конечно. Ей помогали колхозницы.

 

Ф.Гальдер:  22 сентября 1941 года, 93-й день войны. Обстановка на фронте: котлы восточнее Киева сужаются…

Обстановка вечером:  успешно продолжается ликвидация окруженной группировки противника в районе восточнее Киева.


Из дневника Михина Василия Степановича - в годы войны старший инженер, инженер-майор батальона аэродромного обслуживания при 649-й подвижной авиаремонтной базе:

23.9.41г.
Мы прорвались. Четырех наших человек убили, и восемь ранило, в том числе и меня. В правую ногу, но легко. Одним словом, мы вышли из угрожающей опасности. Стало легче. Кушали грибы и верхушки ёлок. Немец нас преследует. За этот день мы прошли двадцать четыре километра. Скрылись в лесу.
     Разведка мне донесла, что впереди, по балке, в лесу, есть деревня, в которой немцев нет. Мы обрадовались и решили зайти в неё, чтобы организовать привал и отдохнуть. Когда мы подошли к деревне, то увидели, что параллельно нам двигается автоколонна немцев. В момент их въезда вошли и мы.
     Неожиданно для немцев мы первыми открыли огонь. В результате внезапного нападения мы взяли 3 автомашины и 4 мотоцикла. Одна машина была с продуктами, одна специальная, вроде радиостанции, и одна со штабным имуществом. Оказалось, что это перебазировался штаб 147 мотопехотной дивизии во главе с начальником штаба и другими работниками. Мы убили начальника штаба и с ним двадцать одного человека1. Часть из них сбежали. Мы хорошо покушали и, главное, вооружились всем необходимым, даже с избытком.


Если Вы располагаете какими-либо сведениями о 117 сд, фронтовыми письмами, воспоминаниями, свяжитесь с автором - kazkad@bk.ru. Спасибо!
Победа 1945  




Привычный праздничный салют -

Победу празднует столица.

Жаль - ветеранов узнают

По орденам, а не по лицам.

И боль войны, уже чужой,

Далёка внукам или близка?

Я - не погибший, не живой.

Пропавший без вести по спискам.

 

Мы, защищавшие страну,

Её Победы не узнали.

Мы только встретили войну

И в сорок первом задержали.

"С неустановленной судьбой" -

Пришло известие в конверте.

Я - не погибший, не живой,

Я - человек без даты смерти.

 

Парад, Победа, ордена

Достались нашим младшим братьям.

А нас проклятая война

Надолго спрятала в объятьях.

Фамилий скорбен длинный строй -

Судьбы бессмысленно-военной.

Я - не погибший, не живой.

Я - горсть земли и часть вселенной.

 

Тяжёл безвестности покой,

Не славы - памяти нам мало.

Мы не отмечены строкой

На тысячах мемориалов.

И если в мирной тишине

Услышишь голос мой уставший,

Прохожий, вспомни обо мне

И всех безвестных и пропавших..

 

Порой у Вечного Огня

Лежат цветы, как чья-то память.

Для неизвестного меня

Нельзя в помин свечи поставить.

Холодной утренней росой

Омыт окоп, приютом ставший.

Я - не погибший, не живой,

Один из... без вести пропавших.

                                      Yani,

ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS