117 стрелковая дивизия

                           1-го формирования (Куйбышевская)
                                                   
                                                 
         


     С утра 23 июня стали прибывать эшелоны тыла 117 сд. Имущество разгружали, возили автомашинами и повозками в лес и складывали там штабелями. Торопились быстрее разгрузить вагоны, так нужные сейчас для страны, и не попасть под обстрел и бомбежку немецкой авиации. Небольшой лесок в окрестностях Чернигова быстро наполнился людьми, повозками, лошадьми, техникой, имуществом. Никто не думал ни об охране, ни о маскировке.

     Вот прибыл эшелон 3-го батальона 275 сп. Начал разгрузку. Вдоль железнодорожного полотна было что-то посеяно, но ещё не взошло. На полосе стоял батальонный комиссар Чепкасов И.С. и кричал: «Не топчите посев!» Лес был уже забит. Все огневые средства батальона расположили на опушке, склады продовольственные и вещевые тоже были на окраине леса.

     Прибыл эшелон 321 озад. Бойцы быстро выкатили с платформ 8 зенитных орудий, расставили их, разбили сектора обстрела и встали на дежурство, прикрывая выгрузку эшелонов тыла дивизии и 707 гап.

 

 Вспоминает бывший начальник штаба 321 озад лейтенант Рохманюк Михаил Дмитриевич:

…За Сухиничами, утром 22.6.41г. нам стало известно о начале войны, были приведены в готовность средства ПВО, усилена охрана эшелона. Разгрузка частей дивизии проходила на участке ж/д между г.Гомель и г.Чернигов, и наш дивизион утром  23.06.41г  выгрузился и сразу стал на позицию, прикрывая выгрузку частей дивизии из эшелонов....  

    

     Вдруг завыла сирена "Воздушная тревога!" В небе показался самолет. Он летел на небольшой высоте. Чей он? Наш? Немецкий? Но приказ был сбивать все самолеты, и он был обстрелян. Сначала из зенитных орудий, а затем залповым огнем из винтовок. Самолет стал крениться, уходить вправо, и, постепенно снижаясь, скрылся за горизонтом.                                                                                                                                                  

 

Вспоминает бывший  командир  9 роты 3 батальона 275 сп мл.лейтенант Леженин Федор Иванович: 

…Была установлена наблюдательная вышка, на ней дежурил капитан летной части. Вот так была спрятана наша 117 сд. Сколько так могло продолжаться, если бы не случай. Однажды в середине дня вдруг завыла тревожная сирена "Воздушная тревога". Поднялась паника, все бросились занимать свои места. Я тоже побежал в расположение пулеметной роты. Я бежал через место расположения боепитания полка. Смотрю, один техник-оружейник залез в обтирочный материал, голову спрятал, а ноги торчат. Я его пнул и сказал: "Ноги тоже надо беречь!"

     Когда я подходил к своей роте, навстречу ползли два солдата: побелели, испугались. Я заругался и вернул их, они сознались, что боятся. Шла стрельба изо всех огневых средств. Только наши "максимы" не стреляли. А всему причиной была паника. Недалеко от нас был аэродром бомбардировщиков ТБ-3, ТБ-5, они уходили на задание, поднимаясь из-за леса. Наши зенитки в них стреляли. Все это повторилось еще раз….

 

     Уже было время к вечеру, когда подали сигнал сбора командного состава, всех собрали, приехал Начальник ПВО Киевского Особого Военного округа генерал-майор Казаков Александр Филимонович

                                                 

    В одной шеренге стояли командование дивизии, командиры полков и все остальные командиры. Генерал встал на приготовленную площадку и начал говорить:

 

Что вы делаете, сукины дети?! Вы погубите дивизию! Одна фашистская бомба, и вы отвоевались! Что вы делаете, вы стреляете в своих доблестных летчиков, которые летят на задание!!!

     В это время командира дивизии не было, а замещал его полковник Свиридов. Все смотрели на тучного полковника: у него тряслись усы и сам он, нам было стыдно. Генерал много не говорил.

 

- Приеду через 20 минут, не наведете порядок, застрелю собственной рукой!

 

     Генерал уехал в Чернигов, а Свиридов еще долго не мог придти в себя, пышные усы на его бледном лице тряслись. Однако, сцена эта возымела действие. Постепенно порядок был наведен: транспорт отогнан в лощины, подразделения рассредоточены, техника и имущество укрыты брезентом и замаскированы. На всех дорогах были выставлены дозорные посты. Начали отрываться и щели на случай бомбежки.

     Прибывающие подразделения 707 гап довооружались транспортом и имуществом прямо со складов дивизии. 321 озад получил четыре быстроходных тягача НАТИ-5 для батареи 76- мм зенитных орудий. Личный состав получал новое обмундирование, оружие, боезапас, каски.  

 

Вспоминает бывший командир 3 батареи 321 озад Годун Владимир Демидович:

     23 июня на батарее был дивизионный комиссар, Член Военного. Его визиту предшествовал обстрел СБ.

     К этому времени окопался, замаскировался так, что с расстояния 100 метров трудно было меня отыскать, замаскировался отлично....

 

     К 1941 году самолеты СБ («скоростной бомбардировщик») уже были признаны устаревшими и реально скоростными не являлись, уступая в скорости современным истребителям. Однако СБ составляли 90% бомбардировочной авиации СССР и командование было вынуждено активно применять их в первый период войны. СБ часто летали без сопровождения истребителей, и в условиях полного господства немецкой авиации в воздухе, при слабости оборонительного вооружения и защиты СБ, бомбардировщики несли большие потери. Часто с боевого вылета не возвращалась ни одна машина. По мере поступления в войска современных бомбардировщиков, СБ переводились на службу в качестве ночного бомбардировщика, и в этом качестве они провоевали до середины 1943 года.

     В лагерях так же полным ходом шло переобмундирование и довооружение личного состава 275 и 820 стрелковых полков. Были полностью укомплектованы и пополнены вооружением разведывательные подразделения полков. Редакция дивизионной газеты получила транспорт и оборудовала передвижные наборный и печатный цеха.

     Во второй половине дня из штаба армии пришел приказ, направить один стрелковый батальон для охраны тылового района участка обороны дивизии и борьбы с диверсантами. Было решено отправить 2-й батальон 240 сп под командой капитана Фетисова Ивана Тимофеевича, использовав авторанспорт тыла дивизии, т.к. прибытие 121 автобата ожидалось только завтра 24 июня. Однако транспортных автомашин оказалось недостаточно, и 2-й батальон был отправлен в Гомель в неполном составе (без 4-й роты).

     Батальон провожали с духовым оркестром.

 

Из дневника бывшего командира взвода связи 2 батальона 240 сп Подольского Александра Семёновича: 

…23 июня 1941г.   Выступили в поход. Ох, как тяжело проститься с родным краем. Ничего, вернемся еще. А пока, до скорого свидания.... Погрузка на автомашины. Народ нас провожает. Вот она дружба народа с армией. Нет, такую армию не победить. Хорошилов (из Куйбышева) не горюй. Вспоминает о своей жене, ну и я в эту минуту вспомнил о своей любимой матери, о своем доме, а ведь они не знают, где я сейчас  хочется взглянуть на дорогие лица, которые выкормили меня.

     Минута молчания. Да. Незаметно машина тронулась. Нас везде и всюду провожают, желают скорейшего разгрома и возвращения с победой, ах сынок, скорей возвращайся с победой, вот что одна старушка выразила мне (лично). ...Заплакала она, заплакал и я.... Бери, сынок, молоко. Я не мог ей отказать, поцеловал я её, как родную мать. Как же такой народ не защищать.

 

       Следует отметить, что личный состав батальона успешно справился с поставленной задачей. В посёлке Речица был разгромлен отряд немецких диверсантов численностью 60 человек, которые были одеты в милицейскую форму. Однако, были и ложные тревоги. Раз, вывешенные в одном селе для просушки простыни были приняты за немецкие парашюты. Появление беженцев усиливало нервозность обстановки.

     В этот же день в Куйбышеве начала формироваться полевая почтовая станция  №405. Военная судь6а навсегда связала её с судьбой 117 сд…

 

Вспоминает бывший связист ППС 405 красноармеец Макеев Андрей Иванович:

…Я призван в начале войны, т.е. 23 июня 1941г. Так как я связист, меня взяли в полевую почту 405  117-й дивизии 21-й армии. Начальник 405-й п/п станции Архангельский Алексей Александрович разъезжал на полуторке, он из Куйбышева….

 

     Выбыли на Запад до 22.06.41, развернувшись за счет БУС в мае-июне до 12000 человек, но без перехода сд на штат военного времени 04/400:

- с ПУ 16 А - 46, 152 сд, + 5 мк (13, 17 тд, 109 мд) - всего 5 соединений; 

- с ПУ 19 А - 38, 129, 134, 158 сд, в нее же включались 127, 162 сд из ХВО; должен был за ними выбыть 26 мк СКВО (52, 56 тд, 103 мд) - всего 9 соединений;

- с ПУ 21 А - 6 сд (18, 53, 61, 117, 154, 167 сд); 

Должен был за ними выбыть 25 мк ХВО (50, 55 тд, 219 мд) - всего 9 соединений; 

- с ПУ 22 А - 6 сд (98, 112, 153, 170, 174, 186 сд); рядом для поддержки дислоцировался 21 мк МВО (42, 46 тд, 185 мд) - всего 9 соединений;

- итого выбыли - 20 сд, 2 тд, 1 мд; одновременно должны были за ними выбыть 6 тд, 3 мд, всего 20 сд, 8 тд, 4 мд - или 32 соединения дополнительно.

     Доехали и выгрузились: в 22 А - ни одна сд полностью, в 19 А - 127 сд (с конца мая), в КОВО - 151 сд (маршем из Лубны в Тараща, но до Тараща еще не дошла), в 21 А - ни одна сд полностью, в 16 А - ни одна сд полностью, 5 мк также весь не прибыл.

     Стрелковая дивизия занимала 33 эшелона, танковая - 50 эшелонов, моторизованная - до 50 эшелонов. Поскольку известно, что на 22.06.41 из погруженных 538 выгрузились только 83, стало быть мы имеем выгрузку (если полностью) не более 2-3 дивизий. А если быть точными, то доставка и выгрузка любого из соединений полностью так и не произошла. Практически все выехавшие 29 соединений, упомянутые в раннем сообщении, ещё ехали, и часть из них выгружалась уже под бомбежкой после начала боёв. Фактически на момент начала войны по немецкому сценарию лишь головные эшелоны 11 соединений поступили в границы ЗапОВО и КОВО. 


Если Вы располагаете какими-либо сведениями о 117 сд, фронтовыми письмами, воспоминаниями, свяжитесь с автором - kazkad@bk.ru. Спасибо!
Победа 1945  




Привычный праздничный салют -

Победу празднует столица.

Жаль - ветеранов узнают

По орденам, а не по лицам.

И боль войны, уже чужой,

Далёка внукам или близка?

Я - не погибший, не живой.

Пропавший без вести по спискам.

 

Мы, защищавшие страну,

Её Победы не узнали.

Мы только встретили войну

И в сорок первом задержали.

"С неустановленной судьбой" -

Пришло известие в конверте.

Я - не погибший, не живой,

Я - человек без даты смерти.

 

Парад, Победа, ордена

Достались нашим младшим братьям.

А нас проклятая война

Надолго спрятала в объятьях.

Фамилий скорбен длинный строй -

Судьбы бессмысленно-военной.

Я - не погибший, не живой.

Я - горсть земли и часть вселенной.

 

Тяжёл безвестности покой,

Не славы - памяти нам мало.

Мы не отмечены строкой

На тысячах мемориалов.

И если в мирной тишине

Услышишь голос мой уставший,

Прохожий, вспомни обо мне

И всех безвестных и пропавших..

 

Порой у Вечного Огня

Лежат цветы, как чья-то память.

Для неизвестного меня

Нельзя в помин свечи поставить.

Холодной утренней росой

Омыт окоп, приютом ставший.

Я - не погибший, не живой,

Один из... без вести пропавших.

                                      Yani,

ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS