117 стрелковая дивизия

                           1-го формирования (Куйбышевская)
                                                   
                                                 
         

     В ночь с 28 на 29 июня штаб 21 армии переместился в г. Гомель. На Днепр прибыл штаб 63 ск во главе с командиром корпуса Петровским Леонидом Григорьевичем и начальником штаба полковником Фейгиным А.Л. В распоряжение корпуса был передан 318 гап БМ (большой мощности – прим.), отходивший за Днепр от Бобруйска, под командованием майора Кулешова Г.П. и начальника  штаба майора Параделова. Полку была поставлена задача воспрепятствовать подходу противника в район Жлобина по дорогам из Бобруйска и Шатилок.

     В своём письме домой от 29 июня 1941 года красноармеец 707-го гап Кочетков Федор Петрович сообщил родным, что их подразделение прибыло в 7.30 утра в Гомель.

 

    Отдельное распоряжение №4 штаба артиллерии 21 армии 29.06.41г 10.35  Гомель 

     Начальнику артиллерии 63 ск. 

     В Ваше распоряжение поступает 318 гап БМ с 29.6.41г. Основная задача - воспретить подход противника, из направлений: Жлобин-Бобруйск и Жлобин-Шатилки

                                                 подписали Ткаченко, Снегирев

 

      Штаб 63 ск расположился напротив г. Жлобина на левом берегу Днепра недалеко от н.п. Луговая Варня. Из штатных дивизий в составе корпуса осталась  только 167 сд, располагавшаяся в Турске, а так же 110 сп и саперная рота 53 сд (ЦАМО фонд 63 ск опись 388835 дело 2 листы 3-4).

     29 июня 3-я и 4-я танковые дивизии Гудериана под прикрытием авиации и артиллерии приступили к форсированию реки Березины: севернее Бобруйска у Шатково и южнее - у Даманово.

     Смертельная опасность нависла над нашей страной. Для мобилизации усилий всего советского народа по защите социалистической Родины 29 июня Совет Народных Комиссаров и Центральный Комитет ВКП(б) направили партийным и советским организациям прифронтовых областей директивное письмо об организации отпора немецко-фашистским захватчикам и создании партизанских формирований в занятых врагом районах.

     Дивизия продолжала ускоренным маршем двигаться к фронту. Несмотря на немыслимую тяжесть перехода, бойцы и командиры рвались в бой. Они горели желанием поскорее сразиться с врагом, верили в скорую победу, не сомневались, что в первом же бою погонят зарвавшихся фашистов на запад. Только бы скорее дойти до фронта!  

     Прошли Довск, повернули к Рогачеву. Не доходя 20 км до Днепра, командиров батальонов (дивизионов) и полков вызвал командир дивизии на рекогносцировку. На пути походных колонн показалось большое село Гадиловичи. Все пошли быстрее. Войдя в село, бойцы разбежались по колодцам, хотелось пить и людям и лошадям. Кое-кому удалось даже умыться по пояс холодной водой. Верхом на лошади прискакал командир 240 сп подполковник Витушкин, приказал собрать бойцов, шинели оставить в селе, организовав их охрану, и двигаться к Днепру форсированным. 


Вспоминает бывший начштаба 3-го батальона  240 сп лейтенант Синельников Васи­лий Федорович:

     Через некоторое время на пути показалось село. У солдат не было ни капли воды, а пить очень хотелось. При виде села все пошли быстрей, в надежде досыта напиться из колодцев. Как то­лько вошли в село, все разбежались по колодцам, стали пить и обливаться водой. Тут появился верхом на лошади подполковник Витушкин и, когда увидел, что баталь­он остановлен, сильно возмутился. Он приказал тут же собрать батальон и двигаться к Днепру форсированным маршем. Для облегчения дал указание все шинели оставить в селе и организовать их охрану. При этом он сказал, что батальон Фетисова в бою с немцами истекает кровью. Не знаю, воевал ли в это время второй батальон или это было сказано для большей убедительности. Не знаю так же, куда делись оставленные нами шинели. 

     Батальон собрали и продолжили движение. Появились немецкие самолеты и стали обстреливать колонну. Пришлось рассредоточиваться. Только соберем колонну и начнем движение, как через небольшой промежуток времени вновь налетает самолет и колонна распадается.

     Нашей авиации в воздухе не было. Средств воздушного прикры­тия тоже, кроме средств батальонных, т.е. зенитных пулеметов, но ведь это были не специальные установки счетверенных пулеметов, а тот же "максим", установленный на треногу.   Чтобы вести огонь по воздушным целям, нужно было установить треногу на землю, на треногу установить пулемет и только тогда стрелять. На транспортных сре­дствах зенитных пулеметов не было. Конечно, пытались вести огонь по самолетам зал­пами из винтовок, но это давало малый эффект, хотя самолеты стали держаться повыше.

 

 Из дневника бывшего командира взвода связи 2 батальона 240 сп Подольского Александра Семёновича: 

…29 июня 1941г.   5 часов утра. Артподготовка. Запах воздуха неприятный, пахнет серой. Недалеко ранен осколком Оганесян. Ранен в руку. Сделал перевязку, дал на память банку консервов, отвел в тыл.

   7 часов утра. Немцы идут в атаку. Видно пьяные. Во весь рост идут. Хорошая мишень. Первый раз стреляю по "живому"зверю". Рука от первого выстрела дрожит.

   Гул, моторы-танки противника. Артиллерия наша работает славно! Метрах в 300 подбит танк фрицев. Атака отбита. Фрицы почувствовали русского оружия. Идет перестрелка. Вражеская авиация появилась. Эх, как обидно, нет нашей авиации. Ну, ладно, пускай гуляет до поры до времени.

   Бомбежка неприятная. Недалеко три осколка упало (один величиной с ладонь руки). Залезаю поглубже в землю. Авиация штурмует нас, но мы хорошо замаскировались. Опять атака, но в крупном масштабе. Горит белорусская избушка. Танки прорвались. Интересное явление, на одном танке написано "Смерть жидам!" Эх, сволочь проклятая!

   В эту минуту о жизни не хочется думать. Бутылки к бою. Два танка горят. Пехоту косим. Атака отбита. Передышка. Закуриваем. Перехватили колбасы с сухарем, хочется воды. Недалеко болото. Вода грязная, плавают жучки, что ж приходится пить….

 

     Батальоны продолжили движение. Над колоннами снова появились немецкие самолеты и стали из пулеметов расстреливать людей. Каски не спасали от прямого попадания пули, приходилось снова рассредоточиваться. И так несколько раз. Нашей авиации не было видно. Батальонные средства ПВО составляли четыре станковых пулемета "Максим" на треногах, об их несовершенстве уже указывалось. Все чаще бойцы,  рассредоточившись, вели по фашистским стервятникам огонь из винтовок, заставляя их убираться восвояси.

     К концу дня походные колонны частей дивизии начали прибывать к берегу Днепра. Их встречали командиры и указывали ротам позиции их обороны по левому берегу. Ротные командиры размечали сектора обстрела и места расположения стрелковых ячеек и огневых точек, но мало кто окапывался, большинство от  переутомления сразу заснули.

     К вечеру прибыли и начали окапываться на берегу Днепра подразделения 275 сп и 322 лап. Подразделения 820 сп и тыловые части дивизии расположились у железной дороги Жлобин - Гомель от Ст. Хальч до ст. Буда-Кошелевская.

 

Из письма начальника штаба 707 гап майора Спирина Василия Степановича:

Письмо от 29.6.41. 

…Здравствуйте родненькие! Завтра или послезавтра будем на фронте, двигаемся к фронту пешим порядком, прошли 250 км, устали как черти. Народ рвется в бой. Наденька, ты особо не волнуйся, меня сам черт не возьмет. Все будет в порядке. Целуй ребятишек. Получила ли ты мои вещи, которые я послал с тов.Устьянцевым? Я тебе пишу 3-е письмо, от тебя ничего не получил и видимо еще долго не получу, но ничего не поделаешь. А я хочу знать, как ты живешь, как наши ребята. Вчера мы сбили два бомбардировщика германских. Пишу на привале и тороплюсь. Ты извини меня, что мало пишу, тороплюсь. Целую Вася….

 

Из дневника бывшего командира взвода связи 2 батальона 240 сп Подольского Александра Семёновича: 

…Капитан веселит нас. Рассказывает об одном интересном эпизоде. Рано утром был задержан диверсант, у которого были нашивки (характерно) капитана и мл. лейтенанта, диверсант задержан, который спрашивал, где артполк 221 расположен, вооружен советскими гранатами....

     Конец, прикончили. Вечер. Заснул. Бойцы разбудили: «Пей, Сашка, закусывай».  Немного выпил, закусил, подкрепился. Ночь. Кругом ракеты. Отдельные выстрелы слышны….


Если Вы располагаете какими-либо сведениями о 117 сд, фронтовыми письмами, воспоминаниями, свяжитесь с автором - kazkad@bk.ru. Спасибо!
Победа 1945  




Привычный праздничный салют -

Победу празднует столица.

Жаль - ветеранов узнают

По орденам, а не по лицам.

И боль войны, уже чужой,

Далёка внукам или близка?

Я - не погибший, не живой.

Пропавший без вести по спискам.

 

Мы, защищавшие страну,

Её Победы не узнали.

Мы только встретили войну

И в сорок первом задержали.

"С неустановленной судьбой" -

Пришло известие в конверте.

Я - не погибший, не живой,

Я - человек без даты смерти.

 

Парад, Победа, ордена

Достались нашим младшим братьям.

А нас проклятая война

Надолго спрятала в объятьях.

Фамилий скорбен длинный строй -

Судьбы бессмысленно-военной.

Я - не погибший, не живой.

Я - горсть земли и часть вселенной.

 

Тяжёл безвестности покой,

Не славы - памяти нам мало.

Мы не отмечены строкой

На тысячах мемориалов.

И если в мирной тишине

Услышишь голос мой уставший,

Прохожий, вспомни обо мне

И всех безвестных и пропавших..

 

Порой у Вечного Огня

Лежат цветы, как чья-то память.

Для неизвестного меня

Нельзя в помин свечи поставить.

Холодной утренней росой

Омыт окоп, приютом ставший.

Я - не погибший, не живой,

Один из... без вести пропавших.

                                      Yani,

ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS